Рефераты по БЖД

Общество и терроризм: заколдованный круг

Экстремальность обладает одним существенным свойством: ее возникновение и особенно углубление приводят к более или менее выраженной редукции выработанных способов поведения и обнажают закрытые наслоениями опыта природные качества индивидуальной нервной организации, среди которых на первом месте по значению для динамической стороны поведения и стоят, очевидно, основные свойства нервной системы. Следует иметь в виду, что динамический (подвижный) аспект поведения в условиях экстремальности неразрывно связан с собственно содержательным его аспектом, поскольку от темпа, быстроты, уверенности совершаемых в экстремальных условиях действий прямым образом зависит их конечная результативность.

Иная психологическая картина возникает в случае совершения такого террористического акта, как захват заложника, или удержание лица в качестве такового, похищение людей, особенно когда террористами преследуются не общеуголовные, а политические цели и выдвигаются соответствующие политические требования в адрес властей. Такая ситуация почти всегда характеризуется значительной протяженностью во времени, неопределенной длительностью, непредсказуемостью результатов, физическим и эмоциональным напряжением.

В практике работы оперативных аппаратов нередки факты, когда потерпевшие или их близкие настолько были деморализованы обстановкой террора, что вообще не заявляли о преступлении или заявляли спустя длительное время. При этом затруднялись ответить, где, кем и при каких обстоятельствах было совершено нападение. Страх перед жестокостью и насилием, боязнь за родственников и близких негативно действуют на свидетелей и потерпевших.

Для современной России актуальным стал давно разработанный на Западе страх терроризма как эффективное средство манипуляции сознанием.

Напомним, что понятие террора ввел Аристотель для обозначения особого типа ужаса, который овладевал зрителями трагедии в греческом театре. Это был ужас перед небытием, представленным в форме боли, хаоса, разрушения. Считается, что осмысление террора посредством театра породило ритуал суда как разновидности театра, побеждающего террор через закон. Позже на волне Просвещения на Западе был открыт этот мощный метод воздействия на мысли и поведение граждан – террор. Доктрина превращения страха в орудие власти принадлежит якобинцам и подробно изложена в сочинениях Марата. Для создания массового страха новое государство шло на разрушение собственного образа как гаранта права – государство само организовывало «как бы стихийные» погромы тюрем с убийством политических заключенных. Марат же сформулировал важнейший тезис: для завоевания или удержания власти путем устрашения общества (это и есть смысл слова «террор») необходимо создать обстановку массовой истерии.

Вслед за государством террор в «войне всех против всех» стали использовать и политические силы, борющиеся с государством (или с его противниками). Так возник терроризм как средство устрашения общества и государства в политических целях. Он также возник как своего рода политический театр, зрители которого испытывают ужас. Главной целью его является не убийство конкретных личностей, а именно: воздействие на чувства широкого круга людей. К примеру, согласно принятому в американской политологии понятию, терроризмом является «угроза или использование насилия в политических целях отдельными лицами или группами, которые действуют как на стороне, так и против существующего правительства, когда такие действия направлены на то, чтобы оказать влияние на большее число людей, чем непосредственные жертвы» [18].

Заметим, что терроризм бывает проправительственным, а часто и государственным. Но главное, правящие круги научились использовать в своих целях страх, создаваемый террористами любых мастей, так что часто трудно бывает точно определить, кем созданы «красные бригады» и на кого они работают. Таким образом, терроризм есть эффективное средство психологического воздействия. Его главный объект – не те, кто стал жертвой, а те, кто остался жив. Его цель – не убийство, а устрашение и деморализация живых. Жертвы – инструмент, убийство – метод. Этим терроризм отличается от диверсионных действий, цель которых – разрушить конкретный объект или ликвидировать противника. Иногда цели совпадают, например, в покушениях на политических, государственных деятелей.

Есть страх разумный, когда человек верно определяет источник и величину опасности и принимает меры, которые ее снижают. Есть страх неадекватный (невротический), когда человек или впадает в апатию, или совершает действия, вредные или даже губительные для него самого. Цель террористов – создание именно невротического страха. Деморализованные и запуганные люди делают сами, требуют от властей или хотя бы одобряют действия, которые этим людям вовсе не выгодны. Иногда эти действия, которые выгодны террористам или чаще – заказчикам, нанимателям террористов. Иногда самый большой выигрыш получают политики, которые бесплатно пользуются «чужим» терактом.

Атаки террористов могут быть направлены на узкую группу, такой группой были, например, жители дома в Буйнакске. Тогда опасность велика: идет прицельный огонь, стреляют «конкретно». Но если бьют даже по очень широкой группе (например, по России, или по москвичам), то бояться за себя лично не имеет смысла: вероятность стать жертвой очень мала, можно попасть лишь под шальную пулю. Во всяком случае, эта опасность на три порядка (в тысячу раз) меньше, чем вероятность стать жертвой катастрофы за рулем автомобиля. Известно, что из 15 миллионов водителей в России ежегодно гибнет порядка один на тысячу. От терактов в 1999 г. погибло порядка один на миллион. Но мы ведь не боимся ездить на машине.

Почему же мы не боимся ездить на машине, но боимся террористов? Прежде всего, потому, что сильные мира сего не заинтересованы в том, чтобы мы боялись автомобиля. Поэтому телевидение не показывает нам с утра до ночи изуродованные трупы жертв автокатастроф. Если бы показывало с той же интенсивностью, как и дело рук террористов, – то мы боялись бы автомобиля панически. (Рассказывают, когда Генри Форд стал слишком активно разоблачать «засилье евреев», к нему пришли видные деятели Голливуда и сказали, что если это будет продолжаться, то в каждом выпуске кинохроники появятся кадры автомобильных катастроф, происходящих с машинами марки «форд». Якобы, с антисемитизмом Форда было сразу покончено). Отсюда понятен вывод, давно сделанный учеными: терроризм возник вместе со СМИ и связан с ними неразрывно. Современный терроризм – родной брат телевидения. Бомбардировки Ирака, расстрел Дома Правительства или взрыв в Печатниках не имели бы смысла, если бы телевидение не донесло их в каждый дом.

Уже газеты в XIX в. были абсолютно необходимы для терроризма, но крови приходилось лить много – газеты не передают вида крови. По некоторым данным, до 1917 г. террористы в России убили около 17 тыс. человек. Эффект был, но намного меньше, чем сегодня от сотен жертв. Читать и слышать – это не то, что видеть.

Сегодня уже невозможно представить жизнь без газет и телевидения, но эти средства могут быть пособниками террористов в создании неадекватного страха, а могут быть «антитеррористами». В СССР терроризма не было – во многом потому, что цели его были недостижимы. Советские СМИ не брали интервью у убийц и не транслировали (не тиражировали) ужас. А сегодня телевидение России – соучастник террористов, оно последовательно и даже творчески делает то, что требуется террористам. В 1996 г. телевидение поэтизировало преступника Басаева, непрерывно показывало его мужественную бороду, пускало лживую слезу («у него при бомбежке погибла вся семья») и умилялось («он подарил русским детям-сиротам в Грозном телевизор»). Но главное, ему предоставлялся эфир, что абсолютно неприемлемо, если с терроризмом хотят покончить, а не помогать ему.

Перейти на страницу номер:
 1  2  3  4  5  6  7 


Другие рефераты:

© 2010-2016 рефераты по безопасности жизнедеятельности